Гранат
Ссылки
О сайте


Благотворительность

Благотворительность, как форма помощи, в отличие от обязательного общественно-государственного призрения, носит факультативный характер. Она явилась ответом на непосредственные запросы жизни. Не говоря уже о современном капиталистическом строе, который по социально-техническим условиям своего существования порождает безработицу, как массовое социальное явление, мы и в прошлом не знаем ни одной исторической эпохи, которая в той или иной форме не была бы знакома с бедностью (как недостатком средств существования) и нищетой (как полным отсутствием последних). В прошлом источниками бедности и нищеты были, по преимуществу, стихийные бедствия - землетрясения, наводнения, неурожаи, эпидемические болезни, пожары, затем - войны, поборы победителей и т. д.; в настоящем - вытеснение труда машиной, промышленные кризисы, малоземелье, неорганизованность капиталистического рынка и т. д. К этим основным причинам бедности и нищеты можно прибавить еще разнообразные формы индивидуальная разорения: болезни, несчастные случаи, потери, порочные наклонности. Б. и является самым элементарным, непосредственным и добровольным актом помощи, которую оказывают неимущим частные лица и общество. До настоящего времени в научной литературе не существует общепризнанная мнения о наилучшей системе призрения. В то время как одни с жаром отстаивают систему волюнтаризма или добровольного призрения, другие не менее горячо высказываются в пользу противоположной системы - обязательного призрения. Сторонниками системы волюнтаризма являются, прежде всего, мальтузианцы, которые утверждают, что обязательное призрение нецелесообразно: во-первых, потому, что оно поощряет бедные классы населения к усиленному размножению, во-вторых, потому, что оно ослабляет энергию трудящихся классов, наконец, в-третьих, потому, что оно является своеобразной премией в пользу неимущих, перелагая бремя их содержания в форме специального налога на имущие классы Т. к. обязательное призрение способствует росту населения, тотем самым способствует оно и росту нищеты. Последняя, в свою очередь, требует все более усиленного обложения имущих в пользу бедных и может грозить экономическим истощением всему обществу. Другие сторонники системы волюнтаризма указывают, что обязанности государства призревать всех неимущих должно, очевидно, соответствовать право требования такой помощи. Между тем, подобное право, по их мнению, не может быть юридически обосновано. Они выдвигают против системы обязательного призрения и нравственные мотивы, указывая, что бюрократическая, по необходимости, организация этой системы должна убить всякое живое чувство милосердия к ближним, что она невольно вырабатывает ледяное равнодушие к страданиям других, раз требуемый государством или коммуной налог в пользу бедных уплачен. Наконец, защитники этой точки зрения отмечают и то глубоко-деморализующее влияние, которое, якобы, оказывает обязательное призрение на самих призреваемых, отучая их от правильного труда, развивая в них повышенную, ничем не мотивированную требовательность к обществу. Волюнтаристы признают, однако, необходимость организации центрального бюро частной Б. во избежание возможных злоупотреблений, т. к. одно и то же лицо в ущерб другим может пользоваться одновременно пособиями из разных благотворительных учреждений. В чистом виде система волюнтаризма не встречается уже нигде. Даже Франция, классическая страна волюнтаризма, установила обязательное призрение бесприютных и брошенных детей и сумасшедших. Сторонники обязательного призрения оспаривают доводы волюнтаристов, выдвигая соображения полицейского, экономического, политического и морального характера. Одни указывают на крайнюю опасность оставления без помощи бедных и нищих, в виду того, что они легко могут стать угрозой общественному порядку. Другие останавливают внимание на самой природе хозяйственного строя, который, в силу социально-технических предпосылок современного производства, освобождает относительно все большее и большее количество рабочих рук, совершенно неповинных в своём бедственном положении. Бедность в этом случае является продуктом общего социального неустройства, а потому общество обязано взять на себя поддержание тех его членов, которые стихийной силой технического процесса обречены на вынужденную безработицу. Третьи, наконец, утверждают, что право на существование есть неотъемлемое естественное право современной личности, что процесс демократизации общества, расширяющий каталог естественных прав, тем самым расширяет и область положительных услуг, оказываемых государством. Этим достаточно подрывается утверждение тех волюнтаристов, которые отказываются признать юридические основания за правом личности требовать вспоможения в той или иной форме со стороны государства. Наконец, и моральные соображения заставляют высказаться против волюнтаризма. Правовое государство не может оставаться равнодушным к страданиям или даже гибели одного из его членов; нравственный долг государства заключается в обеспечении каждому условий свободного развития, тем более в устранении таких внешних препятствий к этому, как материальный недостаток или нищета. Этими общими соображениями еще далеко не исчерпываются доводы сторонников обязательного призрения. Некоторые из них указывают еще на экономическую ценность человеческой жизни, как производительной силы, другие - на понижение, при системе обязательного призрения, коэффициента заболеваемости, смертности, преступности, на сокращение алкоголизма, проституции и т. д. Обширный исторический опыт показал, наконец, что система обязательного призрения может прекрасно уживаться с широким развитием частной Б. С особенным успехом это может быть констатировано на примере Англии - страны раннего развития обязательного призрения, в то же время знакомой с самыми разнообразными формами частной Б. Немало сторонников и у смешанной системы, т. е. такой, которая пытается начала обязательного призрения сочетать с частной Б. "Одностороннее преследование той или другой формы - читаем мы у одного исследователя - сопряжено с неизбежными недочетами; параллельное же их существование и гармоническая деятельность одной рядом с другой способно обеспечить более полное достижение общей цели, более действительную помощь в нужде. Наличность госуд. обязательного призрения в Англии порождает в обществе уверенность, что неотложная и безусловно необходимая помощь обеспечена за всяким нуждающимся, и вследствие этого частная Б. получает возможность направлять свою деятельность туда, где желательна помощь сверх того minimum'a, который обеспечивается государством, и где благодаря этому может быть достигнуто не только устранение нужды в настоящем, но и возможное предупреждение ее в будущем" (Дерюжинский). При существовании учреждений того и другого рода необходимым является установление центральных объединяющих организаций, который могли бы служить целям взаимодействия и осуществлять необходимые контрольные функции. Таковыми являются - "Charity Organisation Society" в Лондоне с 1870 г., "Der Deutscher Verein für Armenpflege und Wohlthätigkeit" в Германии с 1880 г., Парижский "Office central des oeuvres charitables" с 1890 г. Социалистические течения относятся отрицательно к принципу Б. независимо от ее формы. Отсюда - разнообразные формы самопомощи (страхование от безработицы проф. союзов, организация рабочих бирж труда и т. п.). Современный пролетариат стремится удовлетворять все свои нужды через собственные классовые организации, питая недоверие не только к помощи со стороны государства, но и со стороны органов местного управления. Особенно ярко сквозит такое отношение в тактике революционного синдикализма. Некоторые круги немецкой соц.-дем. (Каутский) отрицательно относятся к новейшим проектам государственного страхования безработицы, усматривая в нем замаскированный закон о призрении бедных. В истории Б. можно наметить три основных фазы, как для Запада, так и для России. Первая характеризуется хаотическим состоянием Б., которая выражалась почти исключительно в подаче милостыни. Нищенство рассматривалось как своего рода необходимость, так как его существование, по представлениям тогдашнего общества, входило в планы Провидения, чтобы дать возможность подающим благостыню совершить богоугодное дело и тем облегчить себе путь к вечному спасению. Государство, поэтому, мирилось с нищенством, взирая на него, как на необходимый, Богом ниспосланный крест, и само выступало исключительно в роли частного благотворителя. Выдающуюся роль в эту эпоху в области Б. играют церковь и духовенство, пытающиеся внести в нее некоторые организационные начала. Однако, общее воззрение эпохи на нищенство, как на богоугодный институт, способствует развитию профессионального нищенства, которое постепенно вырастает до размеров крупного общественного бедствия. Монастыри, аббатства были центрами, привлекавшими целые толпы тунеядцев, рассчитывавших найти здесь всегда богатую поживу. Второй период открывается в связи с теми глубокими хозяйственными изменениями, которые совершаются в XV-XVII в. Разложение крепостничества, массовое обезземеление крестьянства, дезорганизация средневекового цехового строя выбрасывают на рынок массы свободных рабочих рук, не могущих найти себе приложения в только что начавшей складываться мануфактурной форме хозяйства. Войны, неурожаи, эпидемические болезни довершают стихийное народное разорение, и нищенство развивается в грандиозных, небывалых дотоле размерах. Напуганное ростом этого явления, государство, неспособное ни вдуматься в природу явления, ни, по техническим своим средствам, рационально бороться с ним, реагирует на него с чудовищною жестокостью. Франция, Англия и другие страны рядом ордоннансов открывают эру гонений на нищенство. Тюрьма, клеймение раскаленным железом, позорные столбы, битье кнутом, ссылка, массовые казни - вот средства борьбы тогдашнего государства с бедностью и нищетой. Однако, репрессии оказались бессильны. У государства постепенно открываются глаза на истинную природу бедствия. Обширный опыт указал, что профессиональное нищенство есть лишь накипь на общем фоне народного разорения, разорения неизбежного в силу своеобразных и неотвратимых условий технического прогресса. Капиталистический строй с его торжеством машины над человеком и промышленные кризисы дали наиболее яркую иллюстрацию такого положения вещей. Государство должно было оставить политику преследований и создать систему положительных мероприятий для борьбы с бедностью. В Англии, где секуляризация монастырских имуществ переложила все бремя забот о бедных на государство, уже в XVI-м веке издается ряд статутов в целях искоренения нищенства. Статут 1536 г., например, поручает приходам заботу обо всех бедных и нищих, неспособных к труду, воспрещает подаяние милостыни, возлагает на приходы обязанность подыскать работу для всех трудоспособных, наконец, организует порядок так называемых "добровольных подаяний", которые должны собираться систематически по воскресеньям и праздникам от жителей местными властями. Этот порядок "добровольных подаяний" постепенно рядом статутов обращается в принудительный сбор - сперва через особых сборщиков подаяний и епископов (статуты 1551 и 1563 г.), позже через мировых судей, (стат. 1572 г.). Наконец, в 1601 г. актом Елизаветы был установлен общеобязательный налог в пользу бедных. Этот акт остается и до настоящего времени краеугольным камнем в английском законодательстве о бедных. Аналогичный перелом в воззрениях на бедность произошел и во Франции в XVI веке. И там церковь понемногу утрачивает свое руководящее значение в качестве ходатая за сирых и убогих, государство убеждается в бессилии исключительно репрессивных мероприятий, и дело призрения постепенно переходит в руки правительства и муниципальных управлений. Правовое государство, родившееся вместе с капитализмом, создает уже целую сеть органов призрения, в которых наряду с государством принимают участие общественные организации (коммуны, муниципалитеты), классовые организации (посреднические бюро, кассы, камеры и пр.), частные благотворительные общества. Такова - последняя, современная фаза Б.

В России развитие Б. шло приблизительно тем же путем. И в древней России нищенство считалось не "экономическим бременем для народа, не язвой общественного порядка, а одним из главных средств нравственного воспитания народа, состоящим при церкви практическим институтом общественного благонравия"... "Человеколюбие - поясняет проф. Ключевский, которому принадлежат и вышеприведенные слова - на деле значило нищелюбие. Б. была не столько вспомогательным средством общественного благоустройства, сколько необходимым условием личного нравственного здоровья; она больше нужна была самому нищелюбцу, чем нищему. Нищий был для благотворителя лучший богомолец, молитвенный ходатай, душевный благодетель". Так учили Св. отцы, вроде Иоанна Златоуста. Так учил Домострой - "Церковников и нищих, и маловажных, и бедных, и скорбных, и странников пришельцев призывай в дом свой и по силе накорми, и напой, и согрей; и милостыню давай от своих праведных трудов, и в дому, и в торгу, и на пути: то бо очищаются греси, те бо ходатаи Богу о гресех наших". Так же старались поступать и русские князья - Владимир Св., славившийся своей широкой Б., Владимир Мономах, говоривший: "будьте отцами сирот: не оставляйте сильным губить слабых; не оставляйте больных без помощи" и мн. др. Подобное отношение к нищенству, быстро плодившемуся от стихийных бедствий, иноплеменных нашествий и набегов, лихоимцев-управителей, постепенно породило и у нас профессиональное нищенство. Благотворитель с одинаковым чувством подавал милостыню и действительно чуждавшемуся в ней, и тунеядцу. Особенным богатством отличались княжеские и царские милостыни. При царях и царицах находились целые штаты "своих постоянных нищих". При Алексее Михайловиче жили в хоромах "специальные царские нищие, именовавшиеся верховными богомольцами" (Сперанский). Были еще нищие: патриаршие, соборные, монастырские, церковные и другие. Соборные нищие были "вроде штатных" и имели некоторую организацию (Снегирев). По выражению одного исследователя, "нищими были наполнены княжеские и царские терема, торги, площади и крестцы; ими набиты все церкви..." Стоглавый Собор 1551 г. уделил много времени на обсуждение вопроса о нищенстве. Он признал у нас широкое развитие тунеядства и высказался за желательность организованного призрения. Средства должны были дать частные лица: наблюдение должно было быть сосредоточено в руках духовенства и целовальников. Нет никакого материала для суждения о том, осуществились ли в жизни пожелания Стоглавого Собора. Во всяком случае, прошло более столетия, прежде чем центральное правительство вновь обратило внимание на вопиющее явление русской жизни. Голод при царе Борисе, войны смутного времени размножили еще более нищенство. Правительство довольствовалось паллиативами, вроде запрещения помещикам в голодные годы "сгонять" своих холопей под угрозой их освобождения. В 1682 г., наконец, царь Федор Алексеевич издал указ, в коем после меткой характеристики профессионального нищенства и ссылки на опыт Запада ("Еуропских стран"), повелел: неспособных к труду помещать в специально приспособленные для того богадельни, а праздных тунеядцев отдавать на работы. "Таким поведением учинится - заключал указ - что не токмо в Москве, но и в городах всего Московского Государства никакого нищего по улицам бродящего не будет". Хотя и этот указ, по-видимому, осуществления не получил, тем более, что и Федор Алексеевич умер в самый год его издания, но идеи, выраженные в нем, не замерли, а были положены в основу законодательства петровской эпохи. Если эта эпоха и характеризуется беспощадным преследованием профессионального нищенства, во вкусе западноевропейских репрессий (битье батожьем и кнутом, каторжные работы - указы 1691 г., 1718 г.), запрещением прошения и подачи милостыни (указы 1718, 1720, 1722 г. и регламенты Гл. Магистрату, Дух. Коллегии 1721 г.), то рядом шли и заботы об организации призрения для истинно нуждающихся. В целом ряде указов Петр I повелел помещать неспособных к труду в госпитали, богадельни, раздавать престарелым и увечным "кормовые деньги", устраивать госпитали для незаконнорожденных, заботиться о призрении воинских чинов (Указы 1700, 1701, 1710, 1714, 1715, 1720, 1722, 1724 и др.) и т. д. В городах заботы о призрении бедных возлагались на городские магистраты, во владельческих селениях на помещиков, в селениях со свободным населением на старост или сотских. Центральное руководство находилось первоначально в руках Патриаршего и Монастырского приказов, потом было передано в ведение Святейшего Синода (1721) и Камер-Конторы (1724). Так. обр., Петру принадлежит у нас первая попытка не только внести порядок в дело призрения, но и построить его на совершенно новых началах, передав в руки светских правительственных и общественных управлений. Разумеется, меры, подобные запрещению подавать милостыню, на практике было провести невозможно. Да и распоряжение это было встречено с сильнейшим неудовольствием в русском обществе. Писатели Петровской эпохи - Посошков и Аврамов горячо протестовали против указа. Дело Петра было продолжено Екатериной II. Из мероприятий этого царствования особенно заслуживает внимания организация особых "Приказов общественного призрения" (Учр. о губ. 1775 г.), которые должны были озаботиться открытием по всем городам - народных школ, сиротских домов, госпиталей, богаделен, домов для неизлечимо больных, работных домов, наконец, смирительных домов для сумасшедших. Работные дома, по мысли "Учр. о губ.", должны были находить нищим работу, за которую они могли бы получать "пищу, кров, одежду или деньги". Но в том же 1775 г. моcк. об.-полицм. Архарову был дан Екат. II именной указ, коим повелевалось учреждать для праздных "ленивцев" работные дома, долженствовавшие находиться в ведении полиции. Так. о., в 1775 г. был проектирован работный дом двух разных типов. Раб. дом по указу, данному Архарову, является собственно исправительным заведением для "ленивцев обоего пола", раб. дом приказа обществ. призр. - домом трудолюбия. Позже оба эти, различные по задачам, учреждения сливаются вместе. Помимо приказов, заботы о призрении были возложены при Екат. II на земских капитанов (1775), городничих (1781), частных приставов (1782). Средства для функционирования приказов в размере 15 тыс. р. должны были быть выданы из губернских сумм. Эта система, просуществовавшая в основных чертах вплоть до введения у нас Положения о земских учреждениях, дала очень незначительные результаты. Это объясняется смешением разнородных задач в деятельности приказов (организация школ, работных и смирительных домов), недостатками личного состава, его бюрократическим характером и т. д. Тем не менее, система Екат. II положила у нас прочное начало организации общественного призрения, которое позже было передано органам земских учреждений и городского управления (см. общественное призрение). В царствование Александра I в России впервые появились частные благотворительные общества. В 1802 г. частными лицами было основано "Филантропическое общество", которое в 1816 г. было преобразовано в "Имп. Человеколюбивое Общество", существующее и в настоящее время и занимающее выдающееся место в ряду других благотворительных учреждений. Согласно уставу, оно должно было "раздавать милостыню, выводить из нищеты могших пропитываться собственными трудами, дряхлых и увечных призревать, а бедных малолетних воспитывать". По образцу "Императ. Человеколюб. Общества" образовалось несколько других обществ, не имевших, впрочем, крупного значения. Вообще до 60-х годов частная Б. развивалась туго: с одной стороны потому, что администрация смотрела на нее подозрительно и тормозила ее начинания (история "Общества посещения бедных в Спб." 1846-1848 гг.), с другой и потому, что до 1862 г. существовал крайне стеснительный порядок открытия благотворительных обществ (требовалось Высочайшее соизволение). Только с этого года разрешение на открытие обществ было предоставлено министру внутренних дел, что значительно сокращало формальности. Наконец, в 1897 г. был издан нормальный устав для "Обществ пособия бедным". В настоящее время все частные благотворительные учреждения и общества состоят в ведении министерства внутр. дел. Но рядом существуют самостоятельные благотворительные ведомства: а) "Ведомство Учр. Имп. Марии" с 1797 г., с чрезвычайно широкой программой и массой учреждений, обнимающих призрение младенцев, детей, взрослых (престарелых, дряхлых и увечных), глухонемых, слепых (особенно "Попечительство Имп. Марии Александровны о слепых"), подачу врачебной помощи и т. д.; b) "Имп. Человеколюбивое Общество" с 1802 г., располагавшее к 1902 г. - 221-м благотворительным заведением и капиталом до 24 милл. р.; c) Российское Общество Красного Креста", существующее с1867 г., наконец, d) "Попечительство о домах трудолюбия и работных домах" с 1895 г., располагавшее к 1902 г. 135 домами трудол. и кап. в 1.126 тыс. р. С 1899 г. Попечительство произвело ряд опытов организации трудовой помощи (приволжские губ., Сибирь). С 1897 г. оно издает журнал "Трудовую Помощь", посвященный вопросам Б., общественного призрения и организации трудовой помощи. В 1909 г. был открыт "Всеросс. союз учреждений, обществ и деятелей по обществ. и частн. призрению", поставивший себе задачей "упорядочение и объединение благотвор. деятельности во всей России". В марте 1910 г. этим союзом в Петерб. был созван "Первый съезд русских деятелей по обществ. и частному призрению". По данным Вед. Учр. Имп. Марии, относящимся к 1899 г., в России всего считалось 14.854 благотворительных учреждений с капиталом в 405 милл. р. (эти данные не распространяются на обширную область частной неорганизованной Б.). Несмотря на абсолютную значительность этих цифр, они далеко не могут быть признаны достаточными для такой обширной территории, как Россия, где и в земских губерниях в призрении нуждается не менее 5% населения (Максимов). Сравнение Европейской России (48 губ.) по числу благотворительных учреждений с Прибалтийским краем и Финляндией оказывается не в пользу первой. В то время как в Прибалтийском крае на каждую сотню тысяч жителей приходилось 57 благотворительных учреждений, в Финляндии - 33, в Европейской России - только 12 (только три губернии стоят на уровне Прибалтийского края - С.-Петербургская, Тульская и Московская). Наши благотворительные учреждения сосредоточиваются, по преимуществу, в городских центрах. Около 35,5% всего числа их находится в губернских и областных городах (Кавказ, Сибирь, Среднеазиатские владения - 53,5%, Европейская Россия - 37%. Финляндия - 27%), что, по справедливому указанию исследователей, отмечает слабое участие в нашей Б. общественного элемента. Б. даже и в соединении с системой обязательного призрения может быть признана лишь паллиативом, способным смягчить остроту явлений, с которыми она борется, но бессильным устранить их совершенно. Совершенно правильно замечает один из авторитетнейших немецких исследователей, что "призрение бедных между мерами попечения о благосостоянии населения занимает безусловно последнее место, и это не следует ни на минуту упускать из виду" (Мюнстерберг). Бедность и нищета - явления не индивидуального, а социального порядка, и потому исчезнуть могут лишь при коренном переустройстве современного социально-экономического порядка. Они - не болезнь, а лишь симптом болезни. Болезнь - в капиталистической организации общества.

Литература - чрезвычайно обширна. Е. Münsterberg, "Bibliographiе des Armenwesens" (1900); Cranier, "Essai de Bibliographie Charitable" (1891): В. Межов, "Благотворительность в России" (1883; библиогр. указ. - оч. устарел); Loening, "Armenvesen" (в "Handb. d. polit. Oek." Шенберга, т. III); Cary, Dérouin et Worms, "Traité théorique et pratique d'assistance publique" (I-II. 1900); Георгиевский, "Призр. бедных и благотв." (1894); Д'Оссонвиль, "Нужда, порок и благотв." (1899); Мюнстерберг, "Объединение деятельности благотв. учреждений"; Гогель, "Объедин. и взаимопом., гос. и обществ. благотв." (1908); Montheuil, "La Charité privée а l'etranger" (1899); Böhmert. "Das Armenwesen in 77 deutschen Städten" (1886); Le Roy, "L'assistance publiqueen Allemagne" (1890); Maxime du Camp, "La charite privee a Paris" (1885); Mary Richmond, "Friendly visiting; among the poor" (1899); Максимов, "Особ. благотв. вед. и учреждения" (1903); обширный материл см. в "Трудах первого съезда русских деятелей по обществ. и частн. призрению", 8-13 марта 1910 г. (Спб. 1910). См. журналы "Труд. Помощь", "Детск. Помощь", "Вестн. Благотв.".

А. Боровой.

* (Статья написана до Октябрьской революции; об обеспечении в СССР см. "Союз С.С.Р. - Социальное обеспечение" (41-й том).)


Источники:

  1. Энциклопедический словарь Русского библиографического института Гранат. Том 6/11-е стереотипное издание, до 33-го тома под редакцией проф. Ю. С. Гамбурова, проф. В. Я. Железнова, проф. М. М. Ковалевского, проф. С. А. Муромцева и проф. К. А. Тимирязева- Москва: Русский Библиографический Институт Гранат - 1937.




© Злыгостев Алексей Сергеевич, подборка материалов, оцифровка, оформление, разработка ПО 2001-2018
При копировании материалов проекта обязательно ставить активную ссылку на страницу источник:
http://granates.ru/ "Granates.ru: Энциклопедический словарь Гранат"